Лысенко руководитель разгрома чего
«Босоногий академик» Лысенко: символ лженауки или гений, оклеветанный либералами
Лысенко родился в 1898 году в селе Карловка Полтавской губернии. Таким образом, он был земляком будущего «президента» СССР брежневской эпохи Николая Подгорного, который был младше на пять лет. День в истории. 18 февраля: в селе под Полтавой родился будущий «президент» СССР
Окончив два класса сельской школы, Лысенко перебрался в Умань, где обучался в местном училище садоводства, которое было весьма уважаемым и престижным учебным заведением, одним из лучших в Российской империи (Лысенко поступил туда в 1917 году и учился в разгар революции и гражданской войны).
Уже в советское время он заочно окончил киевский сельхозинститут и уехал в Азербайджан, где работал селекционером в Гяндже.
Там неприметному Лысенко помог случай.
В конце 20-х с началом коллективизации началось закручивание гаек и постепенное вытеснение дореволюционных буржуазных специалистов. Требовались новые лица, желательно из народной среды, чтобы продемонстрировать успехи советского образования и науки за 10 лет.
В Гянджу приехал журналист «Правды», который искал героя для своего сюжета. Там ему посоветовали Лысенко, которого он представил читателям как «босоногого профессора». Журналист очень сильно преувеличил достижения Лысенко, статью прочитал нарком земледелия УССР Шлихтер и забрал Лысенко в Одессу. Как Иехиел-Лейб Файнзильберг стал Ильей Ильфом и создал Остапа Бендера
Пользуясь покровительством наркома, Лысенко стал выступать на различных конференциях. Так и началась его новая жизнь, полная приключений.
Лысенко отстаивал идею яровизации растений. Этот метод не был его изобретением, опыты с яровизацией проводились и на Западе. Стоит добавить, что Лысенко появился очень вовремя — в начале 30-х в СССР случился страшный голод, а «босоногий гений» обещал в несколько раз повысить урожайность благодаря этому методу.
Идеи Лысенко были поддержаны сверху, и яровизацию начали внедрять в некоторых колхозах.
Правда, никаких строгих научных критериев при исследовании результатов не соблюдалось. Фактически в СССР начали внедрять метод, не прошедший толковых испытаний и исследований, изучать его стали на ходу. Когда в конце 30-х годов оказалось, что яровизация дает незначительный прирост (всего несколько процентов), но при этом является очень трудозатратным методом, ее тихо стали сворачивать.
Лысенко, тем не менее, продвигали, и в середине 30-х он стал академиком АН УССР и получил орден Ленина. Тогда же Лысенко взял в оборот талантливый демагог Исаак Презент, который фактически стал его продюсером, менеджером и спичрайтером в одном лице.
Лысенко не очень хорошо разбирался в политических вопросах, а в 30-е годы политика пришла даже в науку, так что без использования политического жаргона и отсылок к Марксу, Ленину и Сталину он долго продержаться на высоких позициях вряд ли смог бы. Царский фельдшер, петлюровский чиновник, сталинский зэк, советский писатель. К 130-летию Остапа Вишни
Презент направил Лысенко в идеологически правильное русло. Так родилась знаменитая лысенковщина — борьба Трофима и его последователей с генетикой.
Надо сразу сказать, что Лысенко генетику не отрицал, просто считал свои собственные идеи настоящей генетикой, а классическую генетику именовал вейсманизмом-морганизмом.
Научный спор с самого начала был политизирован.
Лысенковцы именовали себя мичуринцами (хотя в действительности с мичуринскими взглядами они имели не так много общего), а оппонентов винили в низкопоклонстве перед Западом, службе реакционному капиталу и т.д. Словом, советские академики от сохи против марионеток империализма.
Дабы укрепить свои позиции, Лысенко и его команда в рекордные сроки (за 2,5 года) вывели несколько новых сортов пшеницы.
Правда, в этом деле им пришлось пойти на хитрость, если даже не на мошенничество. Сорта действительно были разработаны, только никаких конкурсных и государственных испытаний (а это была самая долговременная и сложная часть) не проводилось. Сорта были выведены, но широкого внедрения так и не получили (лишь один сорт ограниченно культивировался в украинских колхозах, позднее пройдя все необходимые испытания, остальные их так и не прошли).
Формально на протяжении следующего десятилетия между ними сохранялось шаткое равновесие. Сам Сталин вроде бы симпатизировал Лысенко, поскольку в его теории были заимствования из ламаркизма (эволюционная теория, названная именем французского естествоиспытателя Ламарка. — Прим. ред.), которым в молодости увлекался сам Сталин.
В конце 30-х — начале 40-х в научной среде прошли аресты. Были арестованы как некоторые лысенковцы, так и генетики, среди которых был и сам Вавилов, умерший в тюрьме.
Однако классическая генетика по-прежнему преподавалась во всех профильных учебных заведениях. Кроме того, и у сторонников генетики были влиятельные покровители, например, сын всесильного Жданова, который был назначен курировать идеологические вопросы в науке.
Лысенко удалось одержать победу только после войны, на знаменитой августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 года.
Именно там Лысенко впервые удалось разгромить противников, выступив с обличительной речью, которая, по его словам, была поддержана ЦК. Сторонники Лысенко оказались в большинстве, на короткий период лысенковщина восторжествовала, а генетиков начали снимать с постов.
Понятно, почему ЦК поддержал Лысенко именно тогда. Начиналась холодная война, пошла борьба с безродным космополитизмом и низкопоклонством перед Западом, так что Лысенко в очередной раз помог политический момент.
Семь лет спустя, уже при Хрущеве, Лысенко был снят с поста президента ВАСХНИЛ. День в истории. 3 сентября: СССР впервые возглавил украинец
Поводом к этому послужило письмо 300 деятелей науки, среди которых были люди с мировыми именами, которые потребовали снять Лысенко, пропагандирующего лженауку. Несмотря на то что Хрущев очень уважал Лысенко и считал его подлинным украинским гением от сохи, он уступил этому давлению.
Правда, в 1961 году, разделавшись со всеми политическими соперниками, Хрущев вновь вернул его на пост президента сельхозакадемии. На этот раз он занимал его вплоть до прихода к власти Брежнева, который уже окончательно убрал Лысенко из ВАСХНИЛ, отправив работать в лаборатории в «Горки Ленинские».
Лысенко, безусловно, стал явлением в советской науке, поскольку спор между лысенковцами и генетиками очень быстро вышел за рамки академического знания и обрел политическое и идеологическое содержание. Следы этого противостояния сохранились до сих пор. Среди многих современных сталинистов Лысенко остается культовой фигурой, великим ученым, подло оклеветанным либералами-фальсификаторами.
Пожалуй, если бы не политическое противостояние, которое Лысенко и Презент привнесли в научный спор, то выходец из украинского села не вошел бы в историю как символ лженаучности.
В конце концов, всем свойственно ошибаться, а основные положения его противников были окончательно подтверждены наукой только в 50-е годы. Придерживаться ошибочных гипотез вполне нормально для ученых, и никто не кидает в них камни за это.
К тому же у Лысенко помимо неудач были и дельные предложения (например, чеканка хлопчатника), так что невеждой его назвать нельзя.
Но он сам вывел спор за рамки науки, переведя его на политические рельсы. Позднее, когда политическая ситуация изменилась, это ударило уже по самому Лысенко, который из увешанного наградами и премиями академика превратился в символ воинствующего мракобесия и шарлатанства.
Шарлатан, учёный и «убийца генетики». Кем на самом деле был Трофим Лысенко
20 ноября 1976 года скончался Трофим Лысенко. Само имя этого человека стало нарицательным и до сих пор является синонимом воинствующей лженаучности и шарлатанства. Провинциальный агроном, оказавшийся в нужное время и в нужном месте, вовремя уловил политический тренд и стал руководителем всей советской агробиологии. Лысенковщину разоблачают уже полвека, хотя до сих пор у неё находятся страстные поклонники, которые считают самого Лысенко оклеветанным гением.
Коллаж. Фото: © РИА Новости
Трофим Лысенко родился в крестьянской семье в Полтавской губернии в 1898 году. Грамоте обучился достаточно поздно, тем не менее сумел поступить в Уманское училище садоводства. Училище, к слову, было весьма престижным, при нём существовал роскошнейший дендрологический парк. Правда, учился он в смутные годы революции и гражданской войны. Поступил как раз в 1917 году. В годы войны Умань едва ли не каждые несколько недель переходила из рук в руки. Австрийцы, петлюровцы, красные, белые, зелёные — кто только не побывал хозяином Умани в военный период. Очевидно, это не могло не сказаться на учебе Лысенко.
Несколько лет поработав селекционером в УССР, Лысенко был направлен на Гянджинскую селекционную станцию в Азербайджане. Она структурно входила в состав Всесоюзного института растениеводства под руководством Вавилова. Именно там и начался резкий взлёт провинциального селекционера.
Незадолго до сворачивания НЭПа и начала коллективизации на станцию приехал журналист «Правды» Федорович, который искал для своего репортажа героя, что называется, из народа. Ему отрекомендовали Лысенко, про которого он и написал статью.
Федорович особо не разбирался в вопросах селекционирования и агробиологии, поэтому существенно преувеличил успехи Лысенко, которого, в соответствии с веяниями времени, представил как «босоногого профессора». Как раз в те времена уже начиналась кампания по культивированию образа «народных гениев», которые «университетов не кончали», зато поумнее профессоров будут. Ленин обещал, что каждая кухарка научится управлять государством, поэтому время от времени успехи советской власти требовалось демонстрировать на конкретных примерах народных умельцев.
Задачей Лысенко было внедрить в Азербайджане бобовые культуры. Однако для того, чтобы говорить об успехах, требовалось время, которое подтвердило бы успех эксперимента. Но журналист сходу присочинил о том, что Лысенко в одиночку без всяких умных книжек и удобрений решил проблему корма для скота в рамках всего Азербайджана.
Статью заметило крупное начальство. В частности, нарком земледелия УССР Шлихтер и будущий нарком земледелия СССР Яковлев. Лысенко стали приглашать выступать на различные конференции селекционеров.
Окрылённый успехом Лысенко забросил бобовые и начал экспериментировать с яровизацией озимых. Суть метода заключалась в том, что семена перед высадкой подвергались воздействию низких температур. Сторонники Лысенко считали яровизацию главным достижением академика. Однако следует отметить, что Лысенко вовсе не был первооткрывателем этого метода. Эксперименты с охлаждением семян проводились в западных странах уже достаточно давно.
Лысенко утверждал, что посоветовал своему отцу выдержать семена в холоде, после чего засеять. В результате он собрал в три раза больший урожай, чем обычно. Об этом сенсационном открытии вновь раструбили все газеты. На отдельных площадях началось сеяние методом яровизации по Лысенко.
Сам Лысенко утверждал, что яровизация в несколько раз повышает урожайность. Правда, статистика собиралась весьма специфическим способом. Председателям колхозов просто рассылались анкеты, в которых они сравнивали нынешние урожаи с прошлыми. В результате получалось, что в одних колхозах урожайность действительно росла, в других оставалась неизменной, в третьих вообще снижалась. При этом не учитывалась масса других факторов и нюансов, которые могли оказать своё влияние на рост или падение урожайности.
Однако критики Лысенко, которые вскоре появились, на основании строгих подсчётов в нескольких хозяйствах утверждали, что яровизация дает прирост урожайности не в несколько раз, как утверждает Лысенко, а всего на несколько процентов. Что не оправдывает затрат на применение этого крайне трудоёмкого метода.
Так или иначе, яровизация, внедрявшаяся в нескольких колхозах, была свернута ещё до войны на основании чрезмерных затрат труда при несопоставимом росте урожайности.
Фото: © РИА Новости/Александр Кряжев, Н. Селюченко
Селекционирование Лысенко любил, всегда увлекался подобными опытами и, в отличие от высоких материй генетики, хоть что-то в этом понимал. Ему удалось вывести несколько новых сортов.
Правда, и здесь не обошлось без маленьких махинаций. В ту пору уже известный Лысенко заявил, что в отличие от всяких там кабинетных умников-учёных, он возьмёт да и выведет в рекордные сроки новые сорта пшеницы. Это заявление было абсолютно в русле сталинских 30-х с их «даёшь пятилетку в четыре года» и стахановскими подвигами.
В общем, команда Лысенко действительно вывела несколько сортов в рекордный срок — всего за два с половиной года. Правда, сделано это было просто — никаких испытаний не проводилось. Традиционно, прежде чем внедрять новые сорта, им требовалось выдержать несколько лет испытаний. Сначала им полагалось показать себя лучше уже имевшихся сортов на конкурсных испытаниях, затем пройти отдельные госиспытания. Однако Лысенко сделал просто. Несколько сортов были посеяны, после чего советских партийных функционеров привезли посмотреть на колосящееся поле, засеянное новыми семенами.
Лысенко громко отчитался о рекордном по времени выведении новых сортов, на этом история и закончилась, поскольку большинство этих сортов, за исключением одного (ограниченно культивировавшегося в УССР) так и не пошло в производство, не пройдя требуемых госиспытаний (правда, уже после войны некоторым ученикам Лысенко удалось вывести новые сорта уже по всем правилам).
Однако усилия Лысенко, получившего славу стахановца от селекции, были оценены на самом верху. Он был награждён орденом Ленина и введён в состав Сельскохозяйственной академии, а затем и Академии наук.
Коллаж. Фото: © Википедия
Исаак Презент сыграл ключевую роль в превращении Лысенко из агронома в монстра идеологических баталий. Сам Презент не имел к биологии никакого отношения, зато считался специалистом по марксистской диалектике. Он обладал незаменимым в те времена умением перевести абсолютно любой вопрос в русло марксизма и классовой борьбы и развернуть его в соответствии с текущим политическим трендом. Это умение было особенно ценно в эпоху, когда практически все советские науки, за исключением физики, были поставлены в жёсткие рамки классового подхода.
Презент числился консультантом президента ВАСХНИЛ Вавилова по философским вопросам, а фактически присматривал за академией по идеологической части. Стоит отдать ему должное, по части идеологически выверенной болтовни он был неутомим, умудряясь почти одновременно писать книги на тему происхождения речи и мышления человека, а также о «резервах картофельных клубней» и о «классовой борьбе на естественно-научном фронте», не забывая также о вопросах бахаизма (это такая восточная религия).
Именно Презент начал продвигать Лысенко, готовил для него идеологически выдержанные доклады и долгие годы оставался за его спиной, оказывая всяческую поддержку по идеологической линии, в которой Лысенко вообще мало что смыслил.
Борьба с генетикой
Т. Д. Лысенко со своими ближайшими сотрудниками, Одесса, 1938 год. Фото: © РИА Новости/ Н. Селюченко, Википедия
Наиболее известен Лысенко стал благодаря разгрому генетики и гибели выдающегося ученого Николая Вавилова, долгое время являвшегося непосредственным начальником Лысенко. Вполне очевидно, что всяческую поддержку в этом деле ему оказывал Презент. Сам Лысенко вообще ничего не смыслил в марксизме, тогда как его доклады на конференциях полны отсылок к марксистским источникам и крайне точно выверены идеологически, в духе господствовавших тогда трендов. Разумеется, доклады эти в значительной степени готовил Презент.
По мере продвижения на крупные должности Лысенко всё чаще сталкивался с критикой со стороны «официальных учёных» — генетиков. Их противостояние, по предложению Сталина, решалось в рамках научной дискуссии, правда, с очень большой примесью политики. По сути, вся дискуссия сводилась к тому, что «официальные учёные» обвиняли Лысенко в лженаучности. В ответ Лысенко разражался тирадами. Дескать, вот вы хоть и учёные, а мужик от сохи потолковее вас будет. Сидите там, обложившись бумажками, спариваете дрозофилов, а где результаты? Вот мы, мичуринцы, бьёмся над повышением урожайности, над выведением новых сортов. И при поддержке мудрого товарища Сталина добились успехов. А где ваши успехи? Только толкуете об абстрактной науке, а сами ничего сделать не можете.
Имя Мичурина было поднято на щит неслучайно, поскольку в начале 30-х годов его фамилия активно использовалась в государственной пропаганде. Мичурина объявили гением селекции. Таким образом, расчёт Презента был верным сразу по двум причинам. Во-первых, они с Лысенко прикрывались именем популярного специалиста (хотя их теория практически ничего общего не имела со взглядами Мичурина), что было весьма патриотично, в отличие от генетиков, которые апеллировали к мировой науке. К тому же «мичуринцы» не требовали выездов за границу и встреч с мировыми светилами, что было удобно в условиях практически закрывшей границы страны. Во-вторых, Лысенко и Презент подхватывали сталинские лозунги и требовали примата практики над теорией. То есть выступали с позиций, согласно которым наука должна быть не абстрактной, с неясной пользой, а такой, которая приносит немедленные плоды.
Разумеется, Сталин поддержал в этой борьбе Лысенко. Впрочем, не стоит приписывать Лысенко особой кровожадности. Он критиковал и насмехался над противниками, порой даже с откровенно лженаучных позиций, однако не требовал никого посадить или расстрелять. Участь Вавилова решал один человек — Сталин, и он долгое время был в раздумьях по поводу ученого.
Участие Лысенко в «деле Вавилова» по сути ограничилось подбором комиссии специалистов, которые должны были дать следствию характеристику научного значения Вавилова. Разумеется, он подобрал их из числа своих сторонников. Среди опрошенных следователями свидетелей по «делу Вавилова» фамилия Лысенко отсутствует. Уже после смерти Сталина, когда Лысенко винили в гибели ученого, он неизменно уверял, что не причастен к его аресту и никогда даже не думал об этом, что у них были расхождения исключительно научного характера.
В конце 30-х под репрессии попали не только генетики, но и сторонники Лысенко, хотя и в значительно меньших количествах. Кроме того, генетика ещё продолжала существовать, а Лысенко по-прежнему был объектом яростной критики с их стороны. Окончательную победу лысенковщина одержала только после войны.
Споры между лысенковцами и генетиками вновь вспыхнули после войны. К этому времени Лысенко уже возглавлял целое научное направление. К слову, генетику его соратники не отрицали, просто считали себя правильными, советскими, мичуринскими генетиками. А классических генетиков называли вейсманистами-морганистами и характеризовали их как адептов реакционного, буржуазного, лженаучного направления.
«Мичуринцы» отрицали хромосомную теорию наследственности, отвергая даже возможность того, что хромосомы могут играть роль носителя наследственности. По их мнению, в передаче наследственности могла участвовать любая клетка организма. Кроме того, они утверждали, что помещением тела в измененные условия внешней среды можно добиться изменения наследуемых факторов. Эта концепция была позаимствована Презентом и Лысенко у Ламарка.
Тем не менее после войны у генетиков появился могущественный сторонник — сын главного советского идеолога Жданова, по протекции отца курировавший идеологию в научной сфере. Заполучив столь сильный козырь, генетики перешли в наступление на Лысенко, который вынужден был обратиться лично к Сталину с жалобами на травлю со стороны «вейсманистов-менделистов-морганистов».
При поддержке Сталина (который в молодости сам увлекался ламаркизмом, некоторые положения которого заимствовали «мичуринцы») была организована сессия ВАСХНИЛ, проходившая в формате дискуссии. В своём докладе Лысенко сделал несколько ярких заявлений. Он оспорил хромосомную теорию: «Представители реакционной биологической науки, именуемые неодарвинистами, вейсманистами, или, что то же самое, менделистами-морганистами, защищают так называемую хромосомную теорию наследственности.
Менделисты-морганисты вслед за Вейсманом утверждают, что в хромосомах существует некое особое «наследственное вещество», пребывающее в теле организма, как в футляре, и передающееся следующим поколениям вне зависимости от качественной специфики тела и его условий жизни.
Для нас совершенно ясно, что основные положения менделизма-морганизма ложны. Они не отражают действительности живой природы и являют собой образец метафизики и идеализма. Только при замалчивании основных положений менделизма-морганизма людям, детально не знакомым с жизнью и развитием растений и животных, хромосомная теория наследственности может казаться стройной и хотя бы в какой-то степени верной системой».
Кроме того, Лысенко вновь обвинил генетиков в бесполезном скрещивании дрозофилов и посетовал на то, что его зажимают: «Неоднократно, причём голословно, а часто даже клеветнически морганисты-вейсманисты, то есть сторонники хромосомной теории наследственности, утверждали, что я в интересах разделяемого мною мичуринского направления в науке административно зажал другое, противоположное мичуринскому направление.
К сожалению, до сих пор дело обстояло как раз наоборот. Мы, мичуринцы, должны прямо признать, что до сих пор не смогли ещё в достаточной степени использовать все прекрасные возможности, созданные в нашей стране партией и правительством, для полного разоблачения морганистской метафизики, целиком привнесённой из враждебной нам зарубежной реакционной биологии.
Морганизм-менделизм (хромосомная теория наследственности) в разных вариациях до сих пор преподается ещё во всех биологических и агрономических вузах, а преподавание мичуринской генетики по существу совершенно не введено».
Сторонники Лысенко оказались на сессии в большинстве, тем более что он заранее объявил, что его платформа поддержана ЦК. Сессия завершилась его победой. Ряд крупных генетиков лишился своих постов. «Мичуринская агробиология» стала доминировать.
Оболганные Хрущёвым-академик Лысенко
Кто же такой Лысенко? Реальность и мифы.
Не все так просто в биографии «борца с «лженауками»
Вот как его характеризуют в справочниках: «Трофим Денисович Лысенко – создатель псевдонаучного «мичуринского учения» в биологии. Отрицая классическую генетику (так называемый менделизм-морганизм) как «идеалистическую» и буржуазную, утверждал возможность наследования приобретенных признаков, «перерождения» одного вида в другой и т. п. Многочисленные практические рекомендации Лысенко для сельского хозяйства (сверхскоростное выведение новых сортов и др.) были несостоятельными и нанесли большой экономический ущерб. С 30-х годов по 1964 год (особенно после сессии ВАСХНИЛ 1948 года) деятельность Лысенко поддерживалась Иосифом Сталиным и затем Никитой Хрущевым, а его «марксистское» учение и практические рекомендации, как направленные на революционную переделку природы и сулившие быстрое решение продовольственных проблем, внедрялись административно. В результате монополизма Лысенко и его сторонников (так называемая «лысенковщина») были разгромлены научные школы в генетике, ошельмованы честные ученые, деградировало биологическое и сельскохозяйственное образование, затормозилось развитие биологии и сельского хозяйства».
Не все так однозначно…
Но если в России имя Лысенко поливается грязью, то на Западе все обстоит несколько иначе. В 1996 году Дж. Симмонс опубликовал книгу о ста отобранных им ученых, где они были расположены в порядке значимости их открытий для человечества. Лысенко получил номер 93. И, видимо, это не случайно.
Лысенко открыл, что требования растений к влажности, свету и другим факторам окружающей среды меняются в зависимости от периода развития растений. Он показал, что если растение начинает свое развитие, но в следующем периоде не получает необходимые условия, оно свое развитие прекращает. Высаживание зерна весной позволяло растениям удлинить сезон роста, но не позволяло избежать сурового воздействия зимы. Яровизация – воздействие на зерно холодом и влажностью во время зимы, но без допущения его прорастания. Это позволяло ускорить рост растений весной, так как они уже прошли ряд стадий во время яровизации.
А Никита Хрущев его поддерживал…
Огромной заслугой Лысенко является и внедрение яровизации в практику. Да, что-то было сделано до него. Да, он не цитировал предшественников, но это не умаляет его достижений как новатора, и до сих пор в учебниках по физиологии растений цитируются работы Лысенко по яровизации.
Да и не нападал Трофим Лысенко на морганизм-менделизм – он требовал от всех биологов приносить пользу стране. Свое выступление на дискуссии 1939 года он закончил так: «Я неоднократно заявлял генетикам-менделистам: давайте не спорить, все равно менделистом я не стану. Дело не в спорах, а давайте дружно работать по строго научно разработанному плану. Давайте брать определенные проблемы, получать заказы от Народного комиссариата земледелия (НКЗ) СССР и научно их выполнять. Пути, при выполнении той или иной практически важной научной работы, можно обсуждать, можно даже по поводу этих путей спорить, но спорить не беспредметно».
А сам Трофим Лысенко сделал действительно выдающееся открытие в биологии – создал теорию стадийного развития растений. И этим открытием до сих пор пользуются все селекционеры, а определения понятий роста и развития растений, разработанные Лысенко, стали классическими (почему он и попал к французам в список 100 выдающихся ученых мировой истории).
Трофим Лысенко много открыл
С помощью этой теории сам Трофим Лысенко сначала создал агротехнический прием яровизации, который имел громадное значение в условиях, когда страна еще не имела высокоурожайных сортов яровых культур. Достаточно сказать, что под яровизированные посевы было отведено к 1941 году до 14 миллионов гектаров, и они дали 15 миллионов центнеров дополнительного урожая.
Между прочим, в 1933 году Николай Вавилов, тогда президент ВАСХНИЛ, назвал это открытие «крупнейшим достижением в области физиологии растений за последнее десятилетие» и доложил о нем на международном симпозиуме по проблемам генетики и селекции в США в 1933 году. Да, не гнушался Николай Вавилов в те годы примазаться к научной славе Лысенко.
В 1936 году Трофим Лысенко разработал способ чеканки (удаление верхушек побегов) хлопчатника, и этот агротехнический прием, увеличивающий урожайность хлопка, во всем мире до сих пор применяется повсеместно. В 1939 году он разработал новую агротехнику проса, позволившую увеличить урожайность с 8-9 до 15 центнеров с гектара. В предвоенные годы он предложил в южных районах Советского Союза применять летние посадки картофеля для улучшения его сортовых качеств. Во время войны предложил посадки картофеля верхушками клубней, в чем, казалось бы, не было ничего нового. Но Трофим Лысенко рискнул заготовить эти верхушки с осени, а сам посадочный картофель за зиму съесть, что было невероятно – никто не верил, что верхушки можно будет сохранить как посадочный материал до весны. Он пошел и на риск посевов хлебов по стерне. Этот способ, сберегающий почву от эрозии, до сих пор применяется как у нас на целинных землях, так и в Канаде.
Знакомством с ним гордились, чтобы потом оплевать…
А его лесополосы, защитившие в СССР миллионы гектаров от суховеев, а использование природных врагов вредителей сельскохозяйственных культур вместо ядохимикатов?
Трофим Лысенко был выдающимся селекционером и руководил множеством своих учеников. Они вывели почти все сорта, которые сеялись в СССР, мало этого, эти сорта занимают и сегодня существенный клин в Европе. При этом он не залез в соавторы ни к одному своему ученику, хотя за новый сорт полагалась очень большая премия. Как вспоминали его сослуживцы, Лысенко был человеком исключительной честности.
И когда в 1983 году выдающегося ученика Трофима Лысенко, селекционера Доната Долгушина, пшеница которого уже занимала в посевах СССР 6 миллионов гектаров, поставили перед выбором, отказаться от Трофима Лысенко или Звезды Героя Социалистического труда, он отказался от Звезды. Уважение к трудам и честности даже уже ошельмованного Трофима Лысенко среди выдающихся селекционеров во всем мире было и осталось огромное.
У него было много учеников и последователей…
Отметим, что многочисленные обвинения в адрес Лысенко о «физической расправе над оппонентами» и «отрицании генетики», по мнению современных последователей Лысенко, не являются безусловно доказанными. Есть мнение, что уголовное преследование Николая Вавилова связано исключительно с его политическими, а не научными взглядами. Подрывает версию «расправы», например, то, что ближайший научный коллега Вавилова Петр Жуковский продолжал свою научную деятельность, отстаивая свои научные взгляды без всяких препятствий. По мнению апологетов Лысенко, столь же не состоятельны обвинения в его адрес в отрицании генетики. Приводится аргумент, что Лысенко на протяжении 25 лет был директором Института Генетики АН СССР. Но Лысенко отстаивал взгляды «мичуринской генетики», а его оппоненты – взгляды «формальной генетики».
Кстати, современные японские и китайские университетские программы для будущих агрономов построены на изучении «Лысенковской лженауки».
Перечислим кратко достижения Лысенко в развитии сельского хозяйства СССР. В основном они относятся к 1930-м – началу 1950-х годов.
Донат Долгушин не предал учителя…
1. Яровизация зерновых культур. Этот метод обеспечил значительную прибавку урожая и позволил высевать сорта яровой пшеницы в более северных, чем ранее, районах. В 1940 году яровизированные семена были посеяны на площади 13 млн. гектаров. Повсеместное применение.
2. Чеканка хлопчатника. Этот агротехнический прием обеспечил увеличение доморозного сбора хлопчатника на 10-20%. Применялся на площади 90% всех посевов хлопчатника. Применяется по сей день.
3. Под руководством Лысенко был выведен сорт озимой пшеницы Одесская 3, морозостойкий и засухоустойчивый, превышающий по урожайности стандартные сорта на 3-4 центнера с гектара. Выведен сорт ярового ячменя Одесский 9; сорт хлопчатника Одесский 1, ставший основным сортом хлопководства в новых районах его возделывания. Один из основных сортов на сегодня.
Сельское хозяйство до сих пор работает «по Лысенко»
4. В годы войны Лысенко были предложены методы посева по стерне и посева верхушек клубней картофеля, позволившие увеличить сбор урожая в условиях дефицита посевного материала и топлива; организованы мероприятия по борьбе со свекловичным долгоносиком; предложены биологические способы борьбы с вредителями растений. Применяется по сей день.